2004 г. Столица
Дорогие друзья, у нас обновлен
ОСНОВНОЙ СЮЖЕТ НА 2005 г.

Обновлена • ХРОНОЛОГИЯ ЭПИЗОДОВ

Вверх страницы
Вниз страницы

Киндрэт. Новая глава вечности

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Киндрэт. Новая глава вечности » Прошлое время » Лето 1984. Blood, thorn and good intentions


Лето 1984. Blood, thorn and good intentions

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s5.uploads.ru/jmqAC.jpg

Женщина всегда желает слышать правду, но под правдой понимает нечто свое
[html]<iframe width="50" height="50" src="https://www.youtube.com/embed/O95aQIST5Z4" frameborder="0" allow="autoplay; encrypted-media" allowfullscreen></iframe>[/html]

1. Флоранс де Амьен, Дона Кадаверциан
2. Лето 1984 года, Столица
3.I put my hand against your plastic heart
No, suicide is not the plan, stand up
Even the stars are trapped inside, oh my
There's nothing left to hide
There's nothing left to die
There's nothing left to die

Отредактировано Дона Кадаверциан (12.02.18 22:58:40)

+2

2

Флора сама не знала, что двигало ею в первую очередь.
Ревность? Вряд ли. Третья старейшина Даханавар не унижалась до этого чувства. Ревность это в первую очередь неуверенность в себе. А она никогда не сомневалась в себе и своей привлекательности.
Тогда любопытство? Может быть. Леди любила сложные задачки. Дона Кадаверциан была одной из таковых.
Жажда своеобразного завоевания? Подавления? Разрушения последнего рубежа? Тоже вполне вероятно.
В большинстве своем кадаверциан испытывали к Флоре теплые чувства. Даже Вольфгер питал слабость к даханавар, что весьма сыграло на руку ещё совсем юной третьей старейшине в далеком восемнадцатом веке.
Но вот его ученица…
Нет, они никогда не конфликтовали. Но Флора хорошо ощущала эту стену отчуждения между ними.
Чужие... Вот именно что чужие.
А леди хотелось, чтобы к ней были привязаны все без исключения.
Или всё же причина была в другом?

У Флоры были свои и довольно хорошие информационные каналы. Поэтому никакого труда не составило вызнать, как же проводит досуг вилисса из клана Смерти. И подловить её в самый неожиданный момент.
Внутренне леди улыбалась. Даже неприступная и внешне холодная мистрис оставалась женщиной и порой любила побаловать себя. Это было так мило и так выбивалось из привычного восприятия Доны окружающими.
Даханавар неслышно толкнула в дверь, заходя в помещение и несколько мгновений любовалась светловолосой макушкой вилиссы.
- Знаю, что кадаверциан не чувствуют холода… но похоже, что с теплом дела обстоят хорошо? - Флора обошла вперед и изящно опустилась на каменную скамейку. Дружелюбно улыбнулась, поправляя крашеке полотенца, - Здравствуй, Дона. Надеюсь, ты не против, что я присоединюсь. Удивительно приятное местечко, правда?
Леди откинула со лба пару выбившихся из узла на затылке локонов и устроилась поудобнее.
Ну в самом деле, не сбежит же неприступная мистрис отсюда только завидев Флору Даханавар. Это не в её стиле.

+1

3

Доне, как бы это ни звучало, ничто человеческое отнюдь не было чуждо. Вилисса предпочитала уединение и покой и все только утрировалось с исчезновением Вольфгера. Это место она любила не столько за экзотику и обещанную красоту, за коей англичанка никогда не гналась; здесь ее мысли текли с той же ленивой неспешностью, что и тяжелый водяной пар. И казалось, что за пределами круглой мраморной комнаты хаммама мир растворяется под гнетом влажного тепла.
Заведение принадлежало одному весьма экстравагантному молодому человеку из клана Фэриартос, он уверял, что через пару лет мода на подобный способ проведения досуга приживется в Столице окончательно, но пока об этом месте знали лишь самые любопытные.
И она.
Она привыкла к присутствию киндрет и нисколько не удивилась, когда почувствовала кого-то из кровных братьев, хотя и предпочла бы наслаждаться жаром мраморного стола под лопатками в уединении. Впрочем, разве могла она предвидеть, что ирония судьбы столкнет ее  в одной бане с Флорой? Вот уж нет.
Мистрисс , еще не до конца веря своим ушам, пошевелилась в облаке мыльного одеяла и привстала на локтях, чтобы обернуться и удостовериться: Третья Старейшина, в блеске всего своего очарования и невинности, сидела на скамейке возле купели с горячей водой и улыбалась самой миролюбивой своей улыбкой.
- Место и впрямь набирает популярность...
-Флора,- она кивнула ей, переворачиваясь на живот и оставляя свое внимание даханавар, хотя  не до конца понимала, случайность ли это или ее разыгравшаяся паранойя,-  Тепло не чуждо даже нахтцеррет. Похоже, заведение и впрямь возымеет успех, раз его посетила сама мадемуазель де Амьен. Уступить тебе место?
Они с Флоранс соблюдали вежливый нейтралитет, старательно замаскированный под  околодружественный протокол, поскольку даханавр была возлюбленной Кристофа, а Кристоф, в свою очередь - ее собратом. Лучезарная и головокружительная мормоликая неизменно захватывала все возможное внимание в радиусе десяти метров, меняя не только настроения и планы, но, казалось, даже законы физики. Поэтому Дона всегда старалась быть где-то метре на одиннадцатом, а для верности- на двенадцатом.
Вилисса встала в облаке мыльной пены и нашарила простынь, в которую замоталась и присела на соседнюю скамейку, зачерпывая из купели медной миской горячую воды и неторопливо смывая с плеч белоснежные хлопья, одуряюще пахнущие розами и сандаловым маслом.
- Могу я тебе чем-то помочь?,- вежливость вежливостью, но колдунья никогда не обманывалась и не давала обманываться другим в своих намерениях. Дона решила не брать на веру случайности и сходить из более понятных величин: Флора здесь не случайно. Место не совсем ее пошиба.

+2

4

Флора задумчиво наблюдала за вилиссой, не беспокоясь о том, что та может смутиться от столь пристального взгляда. Для даханавар эмоции и их проявления были естественными, это знали все. К такому можно было только привыкнуть, перевоспитывать же бесполезно.
Сейчас третья старейшина любовалась. Как любуются произведением искусства, каким-нибудь заснеженным пейзажем. Флора отмечала, что Дона была очень красивой. Но по-другому. Отлично от самой леди. Флора была подобна пламени, яркая, искрящаяся, затмевающая собой всё вокруг и жаждущая всеобщего внимания… её можно было бы сравнить с солнцем, которого они все давно не видели. Дона была луной, чей свет предназначался только для избранных, но не становящейся от этого менее притягательной. 
- Спасибо, - мелодично отозвалась женщина, но с места не сдвинулась. Тогда она бы не смогла видеть свою собеседницу. А Флоре хотелось сполна насладиться эмоциями Доны. В том, что она сумеет их вызвать даханавар не сомневалась. - Мне его подсказали. И я рада, что последовала доброму совету…
Подсказали. А ведь она не лжет. Действительно, ей подсказали, где искать неуловимую мистрис для “душевного и спокойного разговора”.
Флора пошевелилась, устраиваясь удобнее, и с любопытством оглянулась. Пожалуй, даже если не из-за Доны, то она всё равно сюда наведалась. Не то, чтобы она была в полнейшем восторге, но всё-таки место оказалось довольно занятным и стоило того, чтобы его посетить. А может и порекомендовать кому-нибудь. Даханавар мысленно усмехнулась, представив на мгновение, что предложила бы Кристофу заявиться сюда. Ароматы роз, сандала, короткие полотенца, мягкий ненавязчивый свет и тепло… Романтично. Но не в их стиле.
- Дона, Дона… - третья старейшина с видимым сожалением покачала головой, возвращая взор топазовых глаз к вилиссе.
В голосе Флоры прозвучал мягкий укор и легкая печаль. Мол, что же ты так. Зачем с порога рушить столь благостную атмосферу.
- Не будь ты кадаверциан, тебе подошло бы быть вьесчи, - по-доброму усмехнулась даханавар, - Английская сдержанность в сочетании с переходом сразу к делу. Тебя бы ждал головокружительный успех, я уверена.
Леди замолчала на мгновение, а потом пожала плечами.
- Помочь? Даже не знаю. Мне просто любопытно… - на губах вновь была та же чуть печальная улыбка, - За что ты меня так не любишь?
Вопрос повис в воздухе холодными каплями, взрезав окружающую теплую негу. Пожалуй, он мог огорошить, выбить из колеи привычного регламента. Флора редко действовала прямолинейно, но не могла отрицать, что порой это эффективнее всех интриг вместе взятых. Спросить в лоб. Действие, которого меньше всего ожидают от старейшины клана Леди.
А когда не ожидаешь - вероятнее, что скажешь правду, потому что на ложь не остается времени...

+2

5

Стоило отдать должное хотя бы самой себе: у нее даже рука не дрогнула и Дона сначала долила воду и лишь потом подняла глаза на даханавар.
Синие холодные очи и их не менее холодное выражение. Кажется, температура в хаммаме и впрямь упала. Это можно было бы принять за ответ, если бы вопрос стоял как "Ты меня не любишь, верно?"
- Флора,- как можно более мягко, но увы- не менее прохладно пропела вилисса своим чарующим сопрано,- Боюсь, ты принимаешь осторожность и различие в воспитании за нечто другое. Ума не приложу, с чего ты взяла подобный вывод, но уверяю тебя, "нелюбви" к тебе у меня нет. Да и с чего бы? Отрицательные эмоции испытываешь к тому, кто тебя хоть сколько то волнует. А мне все равно.
Отчасти, Дона даже сказала правду: что, где, с кем, и вообще существует и еще Флора Даханавар ей было глубоко безразлично. Волновало же колдунью из кадаверциан только то, как она обращается с Кристофом...
Женщины прозорливы, женщины чувствительны и улавливают малейший холодок или фальш, точно кошки, которые, как известно, ночью все серы. Мистрисс видела силу чувств в глазах Криса, когда ей выдавалось редкое (и будем честны- сомнительное) удовольствие видеть его взгляд, обращенный на де Амьен;  видела глаза Флоры, которая гордилась и восхищалась, вот только чем: мужчиной, что принадлежал ей или трофеем в собственной коллекции? Это было не ее дело, она не имела права даже думать об этом на досуге. Но думала: ох уж это извечное женское право передумать и пренебречь.
Но пренебрежения Кристофом Дона Флоре простить не могла. Поэтому спрятала все свои чувства так глубоко, как только ей позволяла ее душа.
- Подозреваю, что и тебе нет дела до меня,- это не было оскорблением, это был голый факт,- Тогда позволь узнать, с чего такой вопрос? Почему мое отношение вдруг стало тебе важно? Не из праздного любопытства же, нет. Ты привыкла получать все, что только пожелаешь, Флора, независимо от желания других, твое солнце светит столь ярко, что за его блеском ты не видишь, как слепнут другие. Едва ли сегодня что-то изменилось.
Мистрисс придержала простынь на груди и поднялась на ноги, свободной рукой отжимая пахнущие розовым маслом волосы. Вообще, колдунья предпочитала вереск, эдельвейсы и гортензии, но против национального колорита заведения идти не стала.

+2

6

Будь Флора не собой - её бы это задело. Но третья старейшина даханавар давно отрастила хорошую броню, прочно защищавшую от подобных выпадов. Тем более, Флора знала, что к ней невозможно оставаться равнодушным. Знала слишком хорошо.  Любить, желать, восхищаться, интересоваться, раздражаться, презирать, ненавидеть... и многое многое другое. Сотни тысяч эмоций она умела вызывать в людях и кровных братьях. Но никогда - равнодушие. Его для этой женщины просто не существовало.
Отповедь вилиссы заставила украдкой вздохнуть. Третья старейшина рассчитывала на более интересную реакцию.  А это... так обычно. Так предсказуемо. Слишком просто для этой снежно-прекрасной женщины. Дона, Дона...
Сколько обвинений в непомерных желаниях она слышала - не счесть.  В основном от тех, кто не мог их воплотить и завоевать внимание блистательной даханавар.
Но однажды она услышала нечто подобное от Кристофа, когда, поддавшись внезапному импульсу, поведала ему о раздиравшей её душу жажде. Минутка доверия.
Ты напоминаешь ребенка, который хочет все игрушки сразу.  - в его словах не было укоризны, в отличии от слов Доны. Он всегда понимал её. Как никто другой. Пожалуй, даже больше, чем Дарэл, от которого мысли и чаяния наставницы были закрыты плотным ментальным барьером. Даже удивительно. Понимал и принимал такой, какая она есть...
- Да, тебе всё равно,- шатенка отвлеклась от своих размышлений и слегка наклонила голову, внимательно глядя на кадаверциан своими топазовыми глазами, - И поэтому каждый раз ты пытаешься не контактировать со мной дальше формального "здравствуй", стремишься поскорее скрыться... сбежать. Даже сейчас.
Леди понимающе улыбнулась, излучая собой доброту и всепрощение. Порой её видели такой младшие даханавар, обращавшиеся к третьей старейшине за помощью и неизменно уходившие от неё с ответами на свои вопросы.
- Я не враг тебе, Дона. Никогда не была им и не хотела быть. Поэтому мне немного... обидно, если честно.

+1

7

Дона медленно покачала головой, точно сетуя на нерадивого, нашкодившего ребенка.  Не собиралась объяснять свои поступки и уж тем более оправдываться перед де Амьен. Валоокая даханавар продолжала слепить и слепнуть сама и у вилиссы не было никакого желания растолковывать ей это.
Хотя чего уж греха таить, на сотую долю ее слова были правдой. На столь маленькую долю, что кадаверциан предпочла растоптать ее в глубине души и смести пепел ладонью.
-Флора, Флора, Флора..
Мистрисс отложила медную чашу и повернувшись к третьей старейшине спиной, в два шага нырнула под изогнутую арку смежного помещения, зная, что француженка, если не пожелает последовать- все равно прекрасно все услышит. На слух киндрет никогда не жаловались, даже те. кто не был из клана Грейганн.
Тьму разгоняли десятки свечей, выставленные у бортика бассейна и в нишах искусно отделанных стен. Тени мешались со светом, отбрасывая золотистые блики на темную воду, тревожа ее гладь и заставляя светиться от каждого тревожного движения. Над бассейном поднимался густой, как молоко пар. Дона оставила полотенце на бортике, прыгнув прямо с его края и проплыв в три гребка, затем- обратно и снова вперед, пока мышцы не заныли и она не оперлась затылком о горячий камень и не прикрыла глаза раз-другой.
-Ты еще не доросла, чтобы быть моим врагом, Флора,- наглое, почти до хамства заявление в адрес Третьей Старейшины могло бы для других кончиться дуэлью, будь Флора, скажем, мужчиной или крупным скандалом, не имей она намерения говорить с ней тет-а-тет и напрямую, берясь уверенно трактовать чужие потемки,-  Возможно, при других обстоятельствах, быть может - в ином времени, но даже набивайся ты насильно, я бы не взяла тебя в ряды своих врагов: это право еще нужно заслужить. Быть может, я излишне старомодна...Жаль, Вольфгера нет, он бы объяснил тебе куда лучше меня.
Имя учителя в кои то веки придало ей твердости, а не подбило ноги. Глядя на неверные, хаотичные блики на черной воде, искажающие окружающее вернее заклинаний лигаментиа, Дона подумала, что стала куда холоднее и резче без наставника. И это спасло ей жизнь множество раз.
- Твои обиды - забота Кристофа, не мои. Я нахожу это слегка...как бы это сказать? По-детски, быть может. Может- эгоистично. Может - излишним. И совершенно не горю желанием  быть причиной твоего беспокойства.

+1

8

В какой-то момент Флоре стало смешно. Можно было бы напомнить Доне, что именно она стоит у верхушки власти своего клана, добившись положения в рекордно короткие сроки. Что явно говорит о силе. Но это было ни к чему.
Флора знала, что для вилиссы это ровным счетом ничего не значит. Другая психология. Женщина, не державшая в руках подобной власти не поймет её ценности.  Да и кадаверцианские традиции воспитания довольно-таки отличаются от даханаварских.
К слову о нём...
Флора мысленно фыркнула, вспоминая оброненную Доной фразу о равнодушии. Но выход за пределы привычно вежливого образа явно нельзя назвать равнодушием.  Неужто так зацепило, что вынудило срываться почти на грубость? Интересно...
Леди не двигалась с места, явно не собираясь гоняться за своей собеседницей. Зачем, если та всё равно вернется, рано или поздно.
- Выходит не так уж тебе и всё равно, - вскользь заметила Флора, - Заметь, я пришла к тебе просто поговорить, мирно, без всякой политической шелухи и прочих интриг. С дружелюбными и благими намерениями. А ты выпустила шипы и упорно пытаешься сделать вид, что тебе плевать. Неужели надеешься, что я уколюсь о них и усну вечным сном, как Спящая Красавица? 
Смешок все-таки сорвался с губ. Аналогия показалась Флоре забавной.
Похоже, что каждая из них считала другую непонятливым ребенком. Не самый правильный подход, конечно.
- Да, ты права, Вольфгер отлично умел объяснять. Многое, - Флора не хотела задевать чувства мистрис, а потому не стала развивать эту тему, хорошо зная, насколько она болезненная.  В этом вопросе леди оставалась тактичной, - Только вот жаль, что ты так и не услышала меня.
Однако в мыслях даханавар усмехнулась. Старый интриган обладал не меньшим количеством масок, чем старейшины леди. Интересно, каким его видела Дона? Добрым отцом и наставником? Флора уважала мэтра Вольфгера, восхищалась его силой и знаниями, но никогда не обольщалась на его счет. Он преподал ей хороший урок ещё во времена чумы и Флора отлично его усвоила.
Тихий плеск обозначил, что третья старейшина всё же решила почтить своим вниманием бадью с теплой водой. В конце концов, разговоры это хорошо, но можно совместить их с приятным. Флора погрузилась в душистую пену, облокотилась затылком о бортик. Выбившиеся из прически кудри повисли завитыми прядями. Леди прикрыла глаза.
- Иногда чтобы видеть зрение не нужно, - негромко произнесла Флора, отлично зная, что её услышат. Она хорошо представляла себе снежно-прекрасную вилиссу, отблески свечей, белые волосы, высвободившиеся из расслабленного узла и плывущие по поверхности воды, как паутина. Холодные синие глаза.
Никто из них не знал, что этот разговор станет для них последним. Что завтра леди "уснет вечным сном", а её тело будет надежно спрятано в подвале Кристофа.
Будет ли Дона жалеть о сказанных сегодня резкостях? Флора этого уже не узнает.
Но пока они обе были здесь и сейчас, связанные одним местом и одним временем.
- Только прошу, давай не вмешивать сюда Кристофа, - даханавар мимолетно улыбнулась, -  Это не его забота, я полагаю, что ему хватает своих.

+1

9

Когда ей хотелось грохнуть рукой по столу, Дона Кадаверциан переплетала пальцы в замок. Когда ей хотелось зажмуриться и зашипеть, Дона Кадаверциан лишь опускала ресницы на несколько секунд. Когда ей хотелось крикнуть, Дона Кадаверциан  улыбалась и молчала еще упорнее.
Она затягивала на себе подпругу самообладания очень туго, эта Дона Кадаверциан.
Так туго, что иногда она лопалась от натуги.
- О, какая неслыханная щедрость! Жаль, Кристоф о ней не узнает, об этой единственной оказанной ему щедрости.
Вилисса почувствовала обиды и стыд, за себя, за собрата, за неподобающие чувства по отношению к Флоре и им обоим. Дона как могла держалась в стороне от того, чтобы иметь собственное мнение на  счет них, ее, его. Она не касалась их, доверяя лишь собственной клановой верности и его делам, за которыми могла быть уверена в себе. Запрещая себе даже мысль в сторону, она не заметила, сколь далеко ушла с дороги настоящего.
Мистрисс легко  поднялась из воды, накинула простыню и отважно вернулась в парную, заволоченную клубами влаги, посмотрела в топазовые глаза прямо, даже самоубийственно честно.
-Зачем ты вообще пришла, Флора? Почему тебя так волнует, что не все кадаверциан восторженно трепещут от взмаха твоих ресниц? Что я могу дать тебе такого, что ты пришла ко мне нагая, но не безоружная?
Вилисса позволила себе улыбку. С оскорблениями они закончили, этот бич ранил саму Дону куда больше. Почему бы не попытаться резать оппонента правдой?
Флора Даханавар была красива, так красива, что захватывало дух и вызывало зависть. Смотреть на нее было все равно, что на солнце, и в отличие от беспощадной силы светила, ослепленные были счастливы отдать ей свое зрение. Но Дону этот свет не согревал, она...нет, не завидовала. Она с покорной обреченностью принимала это золотое руно, предназначенное другому и вполне комфортно чувствовала себя в тени. Ей никогда не хотелось стать ей. Но порой хотелось, чтобы это солнце палило не так ярко.

+2

10

Шатенка неспешно поднимается, нарушая тишину плеском воды и шорохом пены. У неё есть пара мгновений на то, чтобы смыть белые хлопья с кожи и сесть на каменную скамью. Тонкий слух отлично различает шаги.
Вернулась.
Даханавар повернула голову, отвечая на прямой взгляд вилиссы, но не на её вопросы.
В мыслях закрутились строчки какой-то современной песни, наверняка услышанной где-то в резиденции, когда молодняк развлекался. Подобный жанр был совершенно не во вкусе Флоры, но слова припева намертво въелись в память и сейчас, совершенно незваные, пришли на ум.

And I take the first step of a million more
And I'll make mistakes I've never made before
But at least I'm moving forward...

- Я пришла попытаться понять, - негромко и прямо отвечает третья старейшина, и бархатное контральто звучит удивительно тихо и как-то потерянно, но всё же хорошо различимо, - Что я делаю не так.
Во взгляде леди нет ни привычного лукавства, ни наигранности, ничего, кроме убийственной искренности. Ещё неясно, кому будет от этого хуже - самой Флоре, не привыкшей открываться столь откровенно или Доне, адресату этого внезапного откровения.
А может быть, им обеим.
Но в конечном итоге, никто, кроме Доны не мог дать ей ответа. Что Кристоф, что Софи принимали леди такой, какая она есть, со всеми её пороками и не самым приятным складом характера. И пусть некромант неоднократно указывал старейшине на её неверное поведение, а целительница в принципе не особо комментировала его, Флора подсознательно чувствовала, что несмотря на это они...уже её.
Дона не принадлежала ей, всегда наблюдала со стороны, а значит воспринимала по-другому. И именно этот, другой взгляд, был нужен Флоре. Далеко не факт, что она бы приняла его, но ей было болезненно интересно знать. Почему на самом деле...

+1


Вы здесь » Киндрэт. Новая глава вечности » Прошлое время » Лето 1984. Blood, thorn and good intentions